Господин-оформитель
Александр Непомнящий
Господин-оформитель
После дождичка в четверг на Кудыкиной горе
В пляс пустился дурачок с смертью в шахматы играть.
Оборвался поводок, стало смертно в конуре,
Покатился колобок в пасть, под липкую кровать.
Нарисуй мое лицо в самых радостных цветах –
Я буду улыбаться тебе так мило.
По ночам ходить светло с мордой в свежих фонарях –
По весне, как на войне, редко без могилок.
Собран пионерами ангел механический,
Наглухо припаяны крылышки жестяные,
С песней патефонною Райской мелодичности –
Лучше настоящего – в нимб неона гляну я.
Ну, а город пусть пылает: у пожарных выходной.
Пустота – нетленное время года.
Во дворе мой голос лает, только зря пришли за мной
Я картонный, неживой, нынче здесь такая мода.
Взял невесту, тиху, скромну, шел цветочки собирать.
Черви мне подрисовали выражение лица.
Резал дырочки в иконе – ничего там не видать.
Стал с похмелья сиротою без Небесного Отца.
Хочешь, ручку протяни и копеек настреляй,
Обменяй по курсу свастикой по роже,
Сядь на танк по часу пик, пой, дави, танцуй, гуляй –
С точки зрения гусениц, Лица так похожи.
Брызжут искорки из рук. Пой, клюй, Петя-петушок!
О вреде куренья вспомнят деревяшки-стены.
Что теплеет? Это лето. Это южный ветерок
Спел мне песню о любви и пришел забрать из плена.
Серому автомобилю тьмой рожден из пенной пыли,
Идол новой красоты, грядущей, раздирает кокон,
А в коробке изо льда целый год свежа весна,
И никто не ходит подышать из окон.
Раз-два-три-четыре-пять, вышел зайчик погулять.
Он идет домой, ему больше ничего не надо.
Шесть-семь-восемь-девять-десять, в тесто глину-соль замесят,
Чтоб прямая стала кругом, чтобы куклы были рады...
Только хера, гончим – смерть, коротка считалки сеть.
Нынче в поле невезуха ангелам, чужим прохожим.
И играют дети в тир, а мишенью – целый мир,
А хозяину , – за Пятачка, за просто так, от души – По роже!